Мужчина в национальном...

«Мужчина в национальном калмыцком костюме, звёзды, конь, спутники, космос — фьюжн!»

Художница Элина Гедерим рассказывает, как и зачем спасает калмыцкую мозаику
Разговор
Художница Элина Гедерим называет свой творческий стиль «калмыцкий урбанизм». Хотя её предки не жили в городах и были кочевниками, она исследует, как традиционные образы отражаются в современности. Как национальное искусство сочетается с городской культурой — ярче всего видно в проекте Элины по сохранению калмыцких мозаик.
Суть проекта проста — с советских времён в Калмыкии осталось множество монументальных мозаик с национальными мотивами. На домах, остановках, административных зданиях их создавали местные художники и приглашённые мастера. Сегодня масштабные произведения исчезают с лица республики — никто не занимается их реставрацией. Мозаики попросту осыпаются, их скрывают за плотной застройкой или перекрывают баннерами.
С чего начался проект художницы, как устроен её творческий процесс и какие истории стоят за мозаиками в Республике Калмыкия — Элина рассказала в интервью «Чернозёму».
глава 1

кони, космос и внезапный бум

Элина Гедерим. Фото из личного архива художницы

У нас в Элисте на железнодорожном вокзале есть большая мозаика 1967 года. Она реально огромная. По сути, это та достопримечательность, которая первая тебя встречает, когда приезжаешь в город. Я в эту мозаику никогда особо не всматривалась, просто проходила мимо. Но в какой-то момент обратила внимание и захотелось изучить, что на ней изображено — там достаточно специфичный сюрреалистичный рисунок. Мужчина в национальном калмыцком костюме, звёзды, конь, спутники, космос — фьюжн! Он свойственен советской мозаике 1960−1970-х годов — на них в основном абстракции изображались. И тема космоса была очень популярна. Активно осваивалось космическое пространство, и, естественно, это всё отражалось в искусстве.

Мозаичное панно на здании железнодорожного вокзала Элисты. Авторы: П.Итяксов, М.Пюрвеев, Г.Чернокнижный, 1967 год. Фото: vk.com/sovietmosaics

Мне стало интересно, как бы это выглядело на бумаге. Или в диджитале — просто вот в качестве рисунка. Я нашла изображение мозаики, сохранила себе, и довольно долго она у меня лежала, скажем так, в ящике — когда-нибудь я этим займусь.
Над мозаичным панно на вокзале работали три художника: Пётр Итяксов и Григорий Чернокнижный — приглашённые, и Мингиян Пюрвеев — уже наш калмыцкий художник. Информации конкретно об этой и в целом о других мозаиках очень мало, я авторов-то еле нашла. Кстати, потом оказалось, они указаны на маленькой табличке на самом панно. Но её вообще не видно — я уже в интернете на каком-то рандомном сайте узнала об этом.
В сентябре 2024 года я принялась за оцифровку этого мозаичного панно. До того, как начать делать самой, ни у кого ничего подобного не видела. У меня не получилось нормально сфотографировать мозаику, потому что она высоко находится и ракурс не самый удачный. Поэтому я просто нашла старую фотографию в интернете, как-то подровняла, горизонт подправила и начала переводить в фотошопе — просто поверх фотографии делать рисунок. Цвета я беру те, которые уже есть на самой мозаике, чтобы, скажем так, не сильно искажать реальность. Прям пипеткой захватываю цвет с фотографии и делаю его чуть более ярким, более насыщенным, более чистым.

Оцифрованная версия мозаичного панно на здании железнодорожного вокзала Элисты от Элины Гедерим

Несмотря на то, что всё звучит просто, на самом деле это достаточно кропотливая работа, на неё много времени уходит. С учётом того, что есть отсутствующие фрагменты, осыпания, которые приходится самой восстанавливать.
Работа доставила огромное удовольствие, и мне очень понравилось, что получилось в итоге, опубликовала иллюстрацию у себя в блоге. И вдруг случился информационный бум — меня начали репостить все новостные паблики Калмыкии. Внезапно это событие стало прямо, ну я не знаю, какого-то республиканского масштаба — вот, оцифровали мозаику.
глава 2

картина с остановки и поиск имён

Мозаика на остановке в 8-м микрорайоне Элисты. Автор: В.Ургадулов. Фото из личного архива Элины Гедерим

Моей второй работой стала мозаика с 8-го микрорайона. Это недалеко от моего дома — по пути к нему. Там она вообще находится, по сути, в жилом дворе — просто на остановке. Неприметная, на неё мало кто обращает внимание, потому что она стала почти что бытовым предметом. Издалека на неё смотришь — вроде бы нормальная, потом, когда ближе начинаешь разглядывать, понимаешь, что ей очень плохо. Отвалились многие фрагменты, прямо под мозаикой валяются кусочки смальты, которые осыпаются. А у мозаики очень интересная композиция. Тоже вот что-то такое — сюр, орнамент.
Мне её так жалко стало! Не хотелось, чтобы она полностью исчезла — снесут ведь просто. Я её отфотографировала и оцифровала.
С мозаикой из 8-го микрорайона была отдельная история. Такие мозаики с остановок или торговых зданий ведь не подписаны — непонятно, кто скульптор, кто автор. Я начала во все наши республиканские чаты с художниками — и молодыми, и старыми — присылать мозаику и спрашивать, кто её создал. Могла бы, конечно, просто выложить и написать, что автор неизвестен. Но так не хочется делать. Тем более это всегда отдельный квест — выяснить, кто создал панно.
В итоге один из наших художников «старой школы» дал обратную связь, через чаты мне всё это передали. Выяснилось, автор — Виктор Ургадулов. Он тоже был нашим калмыцким художником.

Оцифрованная версия мозаики в 8-м микрорайоне Элисты от Элины Гедерим

С тех пор как я начала выкладывать мозаики, люди действительно стали обращать на меня внимание. Мне начали писать, что вот, а ведь реально, мы теперь ходим и все эти мозаики замечаем. Я попросила, чтобы люди, у кого есть возможность, присылали мне фотографии других панно. Потому что в советское время художников активно приглашали на работу по всей Калмыкии, и у нас в посёлках много мозаик осталось, на сельских остановках. Люди стали реально присылать.
глава 3

дружба, цветы и монументальное искусство

Мозаичная панно «Цвети, Калмыкия!» у парка «Дружба» в Элисте. Авторы: О.Кикеев и В.Цакиров, 1972 год. Фото: «Истории-минутки», dzen.ru

Третье мозаичное панно, которое я оцифровала, расположилось недалеко от парка «Дружба». Оно достаточно большое — панорама такая. Стоит отдельной стеной типа как памятник. Сейчас мозаика уже очень тусклая, поэтому я долго работала с цветами — регулировала их, чтобы оживить панно.
Там сюжет интересный: два человека тянут друг к другу руки, между ними лотос или тюльпан, а на фоне город и, наверное, завод. Называется «Цвети, Калмыкия!» (1972). Авторы — художники Очир Кикеев и Виктор Цакиров.

Оцифрованная версия мозаичного панно «Цвети, Калмыкия!» от Элины Гедерим

Когда я искала создателей, обнаружила статью своей коллеги — художницы Дельгиры Владимировны Сангаджиевой, с которой мы работали в одной школе в Элисте, в ДХШ имени Г.О. Рокчинского. Как оказалось, она написала статью про монументально-декоративную мозаику 1980−90-х годов в Калмыкии. Там она подписала названия нескольких панно, указала, где они находятся, кто авторы.
глава 4

замысловатая кладка и динамика

Мозаика на детском саду в посёлке Ульдючины. Автор: В.Мезенцев, 1960 год. Фото: тг-канал Arkhe.tip

Четвёртую мозаику мне вот как раз скинули. Написала женщина, сказала, что у них в посёлке Ульдючины на детском садике есть мозаика. Она очень интересная, очень необычная. Делал её график Виктор Мезенцев, в 1960 году он по приглашению приезжал в Калмыкию и работал художником.
С этим панно работать мне было сложнее всего, потому что у него техника кладки не самая стандартная: кусочки выложены очень динамично, постоянно меняются направление и манера кладки отдельных фрагментов, из-за чего сам рисунок получается своеобразным. Не совсем было понятно, как это передать в цифре.
Долго я над ней сидела. Где-то немного упрощала детали — делала просто сплошную заливку, где-то, наоборот, прорисовывала прям каждый отдельный квадратик, каждую плиточку, чтобы верно передать узор и общую динамику изображения. Но это был один из тех случаев, когда люди сами со мной поделились мозаикой и попросили оцифровать. Так что отступать было нельзя.

Оцифрованная версия мозаики из посёлка Ульдючины от Элины Гедерим

Тем более, что далеко не всё, что мне присылают, я могу оцифровать. Для детального переноса рисунка нужны фотографии, во-первых, хорошего качества, во-вторых, чтобы они были фронтальные, без перспективы и всяких искажений.
глава 5

Было — стало: обида, непонимание и поиск

У нас в городе таких советских мозаик достаточно много, и они не в очень хорошем состоянии — осыпаются, выцветают. Сколько им лет-то уже. Раньше этих мозаик было больше, но некоторые из них разрушились сами от времени, некоторые снесли, некоторые висели на фасадах зданий и их загородили новым покрытием. В общем, многие мозаичные панно не сохранились. И проблема даже не в том, что реставрировать их дорого — а сложно и как будто бы нецелесообразно. Хотя я считаю, что все мозаики — настоящие достопримечательности, символы города.
В Элисте в плане декоративно-прикладного искусства — да и искусства в целом — как будто бы ничего нового не создаётся, никаких культурных объектов. Это такая фундаментальная проблема. Поэтому хотелось хотя бы сохранить то, что осталось. Я сама мозаикой не занимаюсь — техникой пока не владею. Но подумала, что в моих силах, как художника, хотя бы в цифровом виде всё сохранить. По крайне мере на тот случай, если вдруг, не дай боже, эти мозаики всё-таки разрушатся. Тогда хотя бы в цифровом формате они останутся жить и можно будет ещё что-то сделать. Если не восстановить, то хоть как-то вдохновляться что ли…
Как-то в Telegram мне скинули мозаики, которые были утрачены. Одну из них я даже вроде бы помню. Не знаю, где люди нашли архивные фотографии, но на них — прекрасные, замечательные мозаики. Например, женщина в национальном костюме. Тоже какой-то сюжет там происходит, пейзаж, много деталей. И вот как это выглядит сейчас:

Одна из утраченных мозаик. Из личного архива Элины Гедерим

Всё это грустно и обидно. Особенно когда новые владельцы просто перекрывают красивейшие мозаики и барельефы каким-нибудь сайдингом. Когда я такое вижу, во мне сразу просыпается желание, как я уже сказала, сохранить то, что осталось. Да, можно это просто сфотографировать, но вы видели, в каком состоянии большинство панно?! А что-то уже и вообще не заснять.
Наверное, это просто любовь к своему городу, к своей республике, к её достопримечательностям. Хочу по возможности привести их в порядок. Может быть на мою деятельность обратят внимание из администрации или правительства Калмыкии, и наше местное Министерство культуры займётся этим. На своём уровне я всё время пытаюсь придумать, что с этими мозаиками можно сделать: открытки, сувениры, каталог напечатать, постеры какие-то, сотрудничать с современными магазинами, с типографиями. Пока в поиске.
глава 6

Пятая мозаика и очередь на оцифровку

Оцифрованная версия мозаики из села Аршан от Элины Гедерим

Недавно я закончила оцифровывать мозаичное панно с остановки в селе Аршан (Республика Калмыкия). Там милый пастаральный сюжет — лаконично и стильно выглядит.
У меня уже целая очередь мозаик на оцифровку. Одна из моих любимых — с остановки из посёлка Яшкуль, лежит в избранном во ВКонтакте. Её мне тоже отфотографировали и прислали. Мне понравился сюжет — захотелось его перерисовать. Богатырь сражается с драконом. Скорее всего это фрагмент из калмыцкого эпоса, возможно, это Джангар. Интересная композиция и интересные решения по цветам. Но видно, что мозаика уже всё — ей плохо очень. Надо будет самой много восстанавливать и дорисовывать. И вот тоже неизвестно, кто автор. Пока не нашла.

Фото мозаики из поселка Яшкуль с сюжетом из Джангара. Фото из архива Элины Гедерим

Всегда сначала стараюсь в интернете что-то найти про мозаику, над которой работаю — хотя бы просто через поиск по картинке. Но, понятное дело, там о мозаиках с остановок информации либо не будет вообще, либо поисковик завалит похожими изображениями. Гораздо эффективнее вживую искать — коммуницировать с теми же художниками «старой школы», у кого на глазах всё это создавалось и кто, может быть, даже вживую общался с создателями мозаик. Только так.
Ещё надо будет связаться с кем-нибудь из нашего архива и попробовать поискать в архивах Москвы. Потому что было много приглашённых художников. Как минимум, я уже выяснила, что вот был такой Дмитрий Сычев, который с 1936-го работал художником по костюмам в Калмыцком государственном драматическом театре. И вот именно он собрал огромное количество материалов и создал крутой известный каталог «Хальмг Улсин Эрдм» («Калмыцкое народное искусство») про калмыцкое декоративно-прикладное искусство. Меня на самом деле очень удивляет, почему такие вещи часто создаются приезжими людьми, а не кем-то из местных.
глава 7

«одна из причин, по которой люди в Калмыкии боятся проявляться»

Мозаика из поселка Яшкуль в процессе оцифровки

Пока в адрес моего творчества прям жёстко негативных высказываний не было. Иногда мне делают замечания, если я что-то неправильно нарисовала. К такой критике я в основном прислушиваюсь, потому что могу прямо глубоко не разбираться в каких-то особенностях того же калмыцкого костюма — я просто рисую то, что вижу и помню или что нахожу в книгах, на фотографиях. Но я могу неправильно сочетать между собой элементы. Например, одно вот из замечаний, которое мне писали, касалось нарисованной мною калмычки — оказалось, что у неё была шапка замужней женщины, а платье незамужней.
Просто одно дело, когда это конструктивная критика, и совсем другое, когда тебя начинают просто оскорблять. Говорить, что ты не учишься, не хочешь развиваться, и лучше бы ты вообще ничего не рисовала, чем вот так. Я считаю, это одна из причин, по которой молодые люди в Калмыкии боятся проявляться. Они либо столкнутся вот с такой немотивированной агрессией в свой адрес, либо их загнобят свои же за малейшую ошибку. Хотя я думаю, нет ничего такого в том, чтобы ошибаться — даже если это касается твоей родной культуры, носителем которой ты как бы являешься. Всё знать невозможно, и, по-моему, как раз через такой художественный опыт ты и узнаёшь информацию.

Иллюстрация Элины Гедерим

Насчёт калмыцких традиций тоже. Часто бывают фотосессии, где молодые девушки надевают шиврлыки — калмыцкие чехлы-накосники. Делают две косы и вот на каждую по накоснику. А по традиции две косы носят замужние женщины. И вот каждый раз начинается жёсткий спор: фу, так нельзя, только замужние женщины могут носить две косы или два шиврлыка. А я думаю, что в этом ничего такого нет — наоборот, хорошо ведь, что молодёжь начинает внедрять элементы национальной одежды в свои повседневные образы. Да и потом, две косы просто интереснее и эстетичнее смотрятся, чем одна. Их вперёд перекинул и шиврлыки видно, а одна коса всегда сзади на спине. На бок косу неудобно делать в быту — обратно её постоянно закидываешь.
В какой-то момент я просто перестала воспринимать такие замечания, потому что поняла, что если я действительно буду к ним прислушиваться, то вообще тогда не буду ничего рисовать. Во-первых, сама закопаюсь. Во-вторых, ну это нереально — знать всё и сразу. Если уж мы придерживаемся концепции «не знаешь — не рисуй», тогда я лет десять должна сначала потратить на то, чтобы изучить все материалы, где какой орнамент можно использовать, где нельзя. А рисовать тогда кто будет? Явно ведь не те, кто все эти комментарии пишет.

Оцифрованная версия мозаики из посёлка Ульдючины от Элины Гедерим

Ещё я не вижу ничего такого в том, что художники других национальностей могут использовать калмыцкие мотивы или орнаменты в своём творчестве. Почему бы нет? Но кто-то сейчас считает это чем-то неприемлемым. Я отчасти понимаю такую позицию, но, на мой взгляд, чаще всего это всё звучит как-то слишком категорично. Слишком много неконструктивных эмоций, а это ведь всё очень тонкие и спорные моменты. А если человек сам какой-нибудь узор придумал, а потом оказалось, что он похож на чей-то национальный? А если он просто искренний интерес проявил? А если ему просто настолько понравилась моя культура, что захотелось выразить это через своё творчество, не имея в виду ничего плохого?
Я просто не совсем понимаю, почему это может кого-то задеть или оскорбить. Возьмите и сами сделайте что-нибудь, чтобы популяризовать свою культуру. Сделайте это круче всех и конкурентоспособнее. У нас ведь сейчас речь не про бизнес и финансовые возможности, а про творчество — про талант, усидчивость, мастерство, уникальность идеи, готовность тратить время на продвижение своих работ. Тут благодаря интернету и соцсетям мы все на равных. А не так, что это нам, это моё, наше — всё, не смотрите, не трогайте.
Наоборот, я хочу, чтобы на калмыцкую культуру смотрели все! Да, смотрите на калмыцкий орнамент, используйте его в искусстве, в дизайне, в одежде, в книгах, на сайтах, в упаковках. Хочу рассказывать, что ещё вот такой-то известный художник его использовал в своей картине, а ещё вот такой-то бренд его интегрировал в свой дизайн. Хочу, чтобы все знали, как выглядит калмыцкая культура и с первого взгляда узнавали, что это именно она. Чтобы она была повсюду.
Я такой позиции придерживаюсь — собственно, поэтому мой блог и существует. Но на самом деле, не хочется кого-то в чём-то переубеждать. Сколько людей — столько и мнений. Но я буду делать всё для того, чтобы продвигать культуру Калмыкии за пределы нашей республики.

Оцифрованная версия мозаики из посёлка Ульдючины от Элины Гедерим

Сейчас я на фрилансе — у меня заказывают иллюстрации, и в основном заказчики у меня из Калмыкии, потому что идёт запрос именно на иллюстрации с национальной тематикой. Но я сотрудничаю с разными брендами, не обязательно калмыцкими. Например, делала иллюстрацию для упаковки тонального крема от бренда косметики Arive.
Хочется уже как-то выходить за пределы сети. То есть не только в диджитале работать, но и подаваться на выставки, участвовать в мероприятиях. И чтобы люди вживую могли на работы смотреть. У меня был опыт проведения выставок в Элисте, но теперь хочу попробовать выйти не только на калмыцкую аудиторию и коллабить с разными другими национальными художниками или инициативами, вместе выставляться и продвигать себя.

20.03.2025

Спасибо, что дочитали до конца!
Понравился текст? Считаете эту тему важной? Тогда поддержите его создателей — айда к нам на Boosty!
хочу помочь Чернозёму
Спасибо, что дочитали до конца!